Я дома везде постоянно царапал карандашом по бумаге и очень любил этим заниматься
Владимир Татлин вошёл в историю как человек, сдвинувший с места саму материю искусства. Его странствие началось с простой любви к рисованию: «Я дома везде постоянно царапал карандашом по бумаге и очень любил этим заниматься».
Будущий изобретатель был третьим ребёнком в семье инженера-железнодорожника Евграфа Никифоровича и поэтессы Надежды Николаевны. Мать скончалось рано, поэтому мальчика воспитывал только отец. Он был строг до жестокости: Татлин рассказывал, что однажды во время ссоры отец швырнул в него вилку и попал ему в глаз.
Будущий изобретатель был третьим ребёнком в семье инженера-железнодорожника Евграфа Никифоровича и поэтессы Надежды Николаевны. Мать скончалось рано, поэтому мальчика воспитывал только отец. Он был строг до жестокости: Татлин рассказывал, что однажды во время ссоры отец швырнул в него вилку и попал ему в глаз.
Вероятно, напряженная обстановка дома побудила будущего художника бежать — в 1899 году, когда ему было всего 14 лет, Татлин добрался до Одессы и устроился юнгой на торгово-пассажирский пароход. С этого момента начались долгие плавания, во время которых он смог посмотреть мир и понаблюдать за птицами, которые манили его с самого детства. Пароход следовал по маршруту Одесса–Варна–Стамбул–Ризе–Батум и обратно.
Завершив плавание, Татлин поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, но в 1903 году его отчислили «за неуспеваемость и неодобрительное поведение». В отличие от Казимира Малевича, поступившего лишь на четвёртый раз, Татлина, хоть и ненадолго, но приняли сразу. Будущий художник ненадолго вернулся домой, поступил в Одесское училище, но в 1905 году он решил податься в Пензенское художественное училище им. Н. Селиверстова, которое успешно окончил через пять лет. Всё это время он обеспечивал себя подработками — плаваниями или созданием икон на заказ.
Завершив плавание, Татлин поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, но в 1903 году его отчислили «за неуспеваемость и неодобрительное поведение». В отличие от Казимира Малевича, поступившего лишь на четвёртый раз, Татлина, хоть и ненадолго, но приняли сразу. Будущий художник ненадолго вернулся домой, поступил в Одесское училище, но в 1905 году он решил податься в Пензенское художественное училище им. Н. Селиверстова, которое успешно окончил через пять лет. Всё это время он обеспечивал себя подработками — плаваниями или созданием икон на заказ.
В промежутках между художественным училищем и училищем живописи, ваяния и зодчества я направлялся в дальнее плавание для заработка, а также это давало мне возможность видеть корабли, море, разные иные земли, людей, рыб и птиц, за чем я уже тогда зорко наблюдал…
Параллельно с обучением Татлин ездил в Москву, где познакомился с ключевыми фигурами современного русского искусства — от Михаила Ларионова, у которого перенял интерес к примитивизму и русскому лубку, до будущих коллег-авангардистов. Художница Вера Пестель писала: «У него нет ни одной работы Ларионова, ни одной репродукции. Книги, репродукции вообще для него не существуют. Но чутьё на талантливые вещи и талантливых людей у него необыкновенно верное. Он всегда увидит хороший рисунок и живопись. Он никогда не читает. Он пишет, рисует — конструирует».
Примерно в то же время Татлин пишет матросский «Автопортрет» с интересной деталью: на ленте фуражки можно прочесть надпись «Стерегущий»: как и многие авангардисты, Татлин симпатизировал грядущей революции, а матросы считались одними из потенциальных зачинателей протеста.
Примерно в то же время Татлин пишет матросский «Автопортрет» с интересной деталью: на ленте фуражки можно прочесть надпись «Стерегущий»: как и многие авангардисты, Татлин симпатизировал грядущей революции, а матросы считались одними из потенциальных зачинателей протеста.
На нём морская полосатая тельняшка, пиджак и штаны разных тканей — всё широкое и даёт возможность для любых движений. Отбывал воинскую повинность на флоте — привык к открытой шее. Руки большие, не холёные, ловкие и всегда очень чистые. Говорит баритональным басом, как-то вразвалку, с ленцой, задушевно-проникновенно поёт, аккомпанируя себе на бандуре, которую сам сделал
(Портреты в словах. Валентина Ходасевич)
(Портреты в словах. Валентина Ходасевич)
В 1910-е годы Татлин занялся сценографией, хотя театр привлекал его ещё подростком: он подрабатывал статистом и однажды ему доверили сыграть мертвеца в опере Рубинштейна «Демон» (1903). Так он вспоминал этот случай: «Я лежал, стараясь сделать его убитым, а режиссёр шипит из-за кулис: “Лежи без позы, дубина! Таланта у тебя нет”. Я обиделся и ушёл на стройку».
Народная драма «Царь Максемьян и его непокорный сын Адольфа» (1911) стала дебютом Татлина как сценографа. Сюжет строился вокруг пародийного переосмысления библейских мотивов и царского быта: деспотичный царь Максимилиан требует от сына Адольфа отречься от веры и поклониться идолам, но тот непоколебим в своей вере. Эскизы костюмов и декораций для балаганной постановки сочетают лубочные мотивы, древнерусские узоры, геометричность и неопримитивизм. Спектакль получил хорошую критику и стал первым примером сплетения театра и авангардной живописи.
Народная драма «Царь Максемьян и его непокорный сын Адольфа» (1911) стала дебютом Татлина как сценографа. Сюжет строился вокруг пародийного переосмысления библейских мотивов и царского быта: деспотичный царь Максимилиан требует от сына Адольфа отречься от веры и поклониться идолам, но тот непоколебим в своей вере. Эскизы костюмов и декораций для балаганной постановки сочетают лубочные мотивы, древнерусские узоры, геометричность и неопримитивизм. Спектакль получил хорошую критику и стал первым примером сплетения театра и авангардной живописи.
Тогда же Татлин создаёт эскизы для постановок Глинки «Жизнь за царя» и Вагнера «Летучий голландец». К сожалению, оперы так и не были воплощены в жизнь: работа над первой была личной инициативой художника, без заказа, однако в 1913 году эскизы обсуждали все — Татлин представил их на выставке «Мира искусства».
В окружении Татлина рождались новаторские подходы в искусстве. Когда в Европе в моду вошёл кубизм, художник просил Любовь Попову обучить его этому направлению, но получил отказ. По одной из легенд, Малевич оказался благосклоннее и взял Татлина под крыло кубизма. Тогда у него появилась идея-фикс — личное знакомство с Пабло Пикассо.
В окружении Татлина рождались новаторские подходы в искусстве. Когда в Европе в моду вошёл кубизм, художник просил Любовь Попову обучить его этому направлению, но получил отказ. По одной из легенд, Малевич оказался благосклоннее и взял Татлина под крыло кубизма. Тогда у него появилась идея-фикс — личное знакомство с Пабло Пикассо.
Но как нищий художник мог оказаться в Париже? И здесь Татлин нашёл выход: в 1914 году для поездки на Декоративную выставку в Берлин требовался слепой бандурист. Художник подошёл идеально: некоторое время он прожил в Харькове, научился петь на украинском, играть на бандуре и даже мастерить инструменты. Ради этой поездки Татлин пошёл на обман и исполнял песни с полузакрытыми глазами. По его словам, на него обратил внимание даже кайзер Вильгельм II.
У выставки, и у меня в частности, большой успех. На открытии и Вильгельм II, и вся знать немецкая были. Я пел. Трогали мою вышитую рубашку и меня. Какие-то курфюрстины демократично жали руку и благодарили. Я говорил “данке”, “данке” и целовал холёные ручки, а в щёлки глаз поглядывал — были и хорошенькие, но крупноватые
Поездку спонсировали только до Берлина, путь оттуда в Париж Татлин оплатил сам средствами, заработанными, по легенде, игрой на улице. Добравшись до Франции, Татлин, согласно одной из его же баек, гулял в костюме бандуриста: его заметил Пикассо и пригласил позировать, но в мастерской Татлин, увидев распиленную скрипку, бросился её зарисовывать — Пикассо пришел в ярость. Вокруг их знакомства ходит много легенд, но более вероятно, что их представил общий знакомый-скульптор. Так или иначе, встреча состоялась.
Татлин вчера был у Пикассо, совсем сошёл с ума
Любовь Попова в письме к художнице Н. Удальцовой
Любовь Попова в письме к художнице Н. Удальцовой
Вернувшись в Москву, он принялся создавать «контррельефы» — объёмные и абстрактные композиции-конструкции из дерева, металла, стекла и проволоки, которые он подвешивал на стены. Согласно его подходу, контррельефы были абстрактны, их назначение исчерпывается актом существования. Более того, его композиции с конструктивными взаимосвязями элементов стали предтечей конструктивизма.
По свидетельствам современников, Малевич откровенно завидовал Татлину и при этом считал его своим учеником. Их отношения были сложными, но после революции художники ненадолго стали соратниками и вместе создавали новую школу искусства, проектируя Музей живописной культуры — первый в мире музей русского авангарда, который открылся в 1920 году. Он отвергал традиционный подход — здесь картины группировали не по авторам или эпохам, а по «фактуре, декоративности или пустоте сильного цвета», как предлагал Родченко.
По свидетельствам современников, Малевич откровенно завидовал Татлину и при этом считал его своим учеником. Их отношения были сложными, но после революции художники ненадолго стали соратниками и вместе создавали новую школу искусства, проектируя Музей живописной культуры — первый в мире музей русского авангарда, который открылся в 1920 году. Он отвергал традиционный подход — здесь картины группировали не по авторам или эпохам, а по «фактуре, декоративности или пустоте сильного цвета», как предлагал Родченко.
Оба они вышли из кубизма и вышли именно так, что сразу же оказались в противоречии с французскими художественными традициями — один особенностями
своей профессиональной культуры, национальной русской культуры, другой смелостью, с какой эта профессиональная культура отрицалась
О Татлине. Николай Пунин
своей профессиональной культуры, национальной русской культуры, другой смелостью, с какой эта профессиональная культура отрицалась
О Татлине. Николай Пунин
В 1919 году Татлин получает от Наркомпроса заказ на проект памятника III Интернационалу. Так родилась его «Башня» — грандиозный символ новой эпохи. Он сделал три её варианта: первую, знаменитую модель 1920 года, которую планировали собрать при народе на главной площади Петрограда; вторую, упрощённую, для Всемирной выставки в Париже; и третью, ещё более лаконичную. Изобретатель задумал её как самую высокую постройку в мире, которая должна была затмить Эйфелеву башню.
Татлин конструировал её интуитивно, почти не делал чертежей. Внутри стальной спирали должны были вращаться с разной скоростью четыре стеклянных объёма, которые символизировали ветви власти: нижний куб (законодательная власть, один оборот в год), пирамида (исполнительная, оборот в месяц), цилиндр (информационный, оборот в день — здесь должны были разместиться газеты, радио и «сеть, объединяющая все страны», прообраз интернета) и, на самом верху, полусфера для «самых главных людей» — художников-провидцев, которые обозревают весь мир сверху.
Татлин конструировал её интуитивно, почти не делал чертежей. Внутри стальной спирали должны были вращаться с разной скоростью четыре стеклянных объёма, которые символизировали ветви власти: нижний куб (законодательная власть, один оборот в год), пирамида (исполнительная, оборот в месяц), цилиндр (информационный, оборот в день — здесь должны были разместиться газеты, радио и «сеть, объединяющая все страны», прообраз интернета) и, на самом верху, полусфера для «самых главных людей» — художников-провидцев, которые обозревают весь мир сверху.
Параллельно с этим Татлин продолжил работу над спектаклями. В 1923 году он обратился к наследию своего умершего друга Велимира Хлебникова и поставил в Петрограде его «сверхповесть» «Зангези» — произведение о провидце, который расшифровал тайны времени и изобрёл «звёздный язык». Татлин, который сам играл заглавную роль, стремился донести идеи Хлебникова простым языком. Для этого он даже прочёл вступительную лекцию и пригласил играть не профессиональных актёров, а студентов. Спектакль, где главными выразительными средствами были две маски-костюма и динамические конструкции, шёл всего два-три раза.
Мне, бабочке, залетевшей
В комнату человеческой жизни,
Оставить почерк моей пыли
По суровым окнам, подписью узника,
На строгих стеклах рока.
Так скучны и серы
Обои из человеческой жизни!
Окон прозрачное «нет»!
Я уж стер свое синее зарево, точек узоры,
Мою голубую бурю крыла
-
первую свежесть.
Пыльца снята, крылья увяли
и стали прозрачны и жестки.
Бьюсь я устало в окно человека.
Вечные числа стучатся оттуда
Призывом на родину, число зовут
к числам вернуться.
В комнату человеческой жизни,
Оставить почерк моей пыли
По суровым окнам, подписью узника,
На строгих стеклах рока.
Так скучны и серы
Обои из человеческой жизни!
Окон прозрачное «нет»!
Я уж стер свое синее зарево, точек узоры,
Мою голубую бурю крыла
-
первую свежесть.
Пыльца снята, крылья увяли
и стали прозрачны и жестки.
Бьюсь я устало в окно человека.
Вечные числа стучатся оттуда
Призывом на родину, число зовут
к числам вернуться.
С середины 1920-х Татлин всё больше уходит в преподавание — в Киевском художественном институте и во ВХУТЕИНе. Он утверждал, что искусство должно быть применимо в жизни, и потому учил студентов вдумчивой работе с материалом. Этот подход он применил для создания одежды, которую сейчас назвали бы оверсайз. Изобретатель придумал «нормаль-костюм» — универсальный комплект одежды для любых занятий, который можно носить круглый год. Наиболее подверженные износу детали костюма заменяли на новые, а для холодной погоды предполагались утепленные подкладки.
Последней великой одержимостью Татлина стал «Летатлин» (1929–1932) — безмоторный индивидуальный летательный аппарат (орнитоптер). Эта работа вобрала в себя всё — и опыт корабельного юнги, и инженерный гений конструктора, и воспоминания о птицах в рассказах орнитолога Хлебникова-старшего. Работа над аппаратом шла в мастерской на втором этаже колокольни Новодевичьего монастыря, именно там Татлин сконструировал «Летатлина».
Два из них, обтянутые парашютным шёлком, предназначались для разных типов старта — с земли и с высоты. Предполагалось, что такой безмоторный махолёт позволит экономить топливо и летать на малых высотах. Лётчики-испытатели спорили за право провести испытания, но в назначенный день пошёл дождь — полёт так и не состоялся. Тем не менее за эту работу ему официально присвоили звание изобретателя.
Два из них, обтянутые парашютным шёлком, предназначались для разных типов старта — с земли и с высоты. Предполагалось, что такой безмоторный махолёт позволит экономить топливо и летать на малых высотах. Лётчики-испытатели спорили за право провести испытания, но в назначенный день пошёл дождь — полёт так и не состоялся. Тем не менее за эту работу ему официально присвоили звание изобретателя.
Я все равно не поверю их гроссбухам, а полечу сам по себе, как дышу, как плаваю
После этого он вновь обратился к театру и оформил свой последний крупный спектакль «Чаша радости» уже в русле соцреализма. В 1940–50-е годы, когда авангард был в опале, Татлин работал как художник-постановщик и уходил в «камерное» искусство. Под конец жизни он создавал изящные, почти академические натюрморты, отсылающие к его работам юных лет.
Материал создан контент-цехом ЛЛ
Автор: Настасья Заикина
Редактор: Марк Братчиков-Погребисский
Дизайн и вёрстка: Полина Желнова
Изображения: artguide.ru, Wikipedia commons, google arts.
Автор: Настасья Заикина
Редактор: Марк Братчиков-Погребисский
Дизайн и вёрстка: Полина Желнова
Изображения: artguide.ru, Wikipedia commons, google arts.